Russia

Давос понижает градус. Обобщение

Москва. 24 января. INTERFAX.RU - Юбилейный Давос собрал мощную команду мировых политических звезд: если год назад участники из числа "простых смертных" жаловались на недостаток лидеров и непривычную пустынность форума - и в переносном, и в прямом смысле, то ВЭФ-2020 в этом смысле прошел образцово-показательно. Дональд Трамп и Грета Тунберг под одной крышей гарантируют мероприятию успех уже одним только фактом присутствия, покрывая своей повесткой практически весь спектр актуальных интересов глобальной аудитории.

Стал ли Давос-2020 рекордным с точки зрения концентрации мировых лидеров - вопрос слишком субъективный, чтобы ответить на него однозначно. Но другой рекорд можно считать установленным: по объему углекислого газа, эмитированного в ходе дискуссий о парниковом эффекте и способах борьбы с ним. Экология победила экономику за явным преимуществом - вдыхая чистейший альпийский воздух и возвращая в атмосферу СО2, участники ВЭФ-2020 говорили об изменении климата и ответственности бизнеса.

По горячим углеродным следам

Организаторы форума пошли на смелый шаг, осознанно обеспечив этой теме тотальное доминирование, ведь Давос всегда стоял на других китах - финансово-экономической и сугубо политической проблематике. Но, по крайней мере, в этот раз никто не мог бы упрекнуть Давос в том, что он не формулирует повестку с опережением, а пытается "догнать" ее, как это было когда-то с финансовым кризисом или, например, с "арабской весной". Еще до начала юбилейного форума его основатель профессор Клаус Шваб выдвинул идеологию "капитализма стейкхолдеров", в котором прибыль перестает быть единственным критерием истины и компании ведут себя как экологически и социально ответственные игроки на всех рынках своего присутствия. Звучит, может быть, несколько наивно, но, как напомнил в Давосе историк Нил Фергюсон, "капитализм - худшая из всех возможных экономических систем, не считая всех остальных, которые время от времени пытаются испробовать" - а значит, капитализм должен уметь меняться, чтобы выжить.

Мировая элита сживается с новой повесткой не без труда (что неудивительно, ведь компании, владельцы и руководители которых собираются в Давосе, так или иначе ответственны за львиную долю выбросов СО2, и призывы свернуть все инвестиции в ископаемое топливо в столь компетентной аудитории шансов на безоговорочный успех не имеют), но публично возражать решаются немногие - это чревато репутационными рисками. Характерной была реакция переполненного зала, в котором глава МВФ Кристалина Георгиева на сессии, посвященной перспективам мировой экономики, рассказала не вполне политкорректный по современным меркам анекдот.

"Бог зовет Моисея и говорит - у меня для тебя есть две новости, хорошая и плохая. Хорошая новость в том, что ты поднимешь руки, море расступится - и ты проведешь своих людей на свободу. Моисей восклицает в ответ - после такой новости плохих быть уже не может! Бог отвечает - ха-ха, не спеши с выводами! Прежде чем раздвинуть море, тебе сначала придется сделать оценку воздействия на окружающую среду!" Зал в ответ грянул хохотом и аплодисментами: участники форума словно радовались, что на такую тему еще можно шутить вслух.

Между тем, на фоне экологических протестов в Давосе всерьез обсуждают меры, которые фактически сделают невозможным для банков финансирование проектов в традиционном ТЭКе. Никто при этом не анализирует цифры и реальный "углеродный след", опираясь только на лозунги "закопать всю деятельность по ископаемым топливам", сетует глава "НОВАТЭКа" Леонид Михельсон. По сути, это не борьба с выбросами, а политика, считает он, называя инициативы по введению налога на углеродный след для банков "мировым вредительством".

"Это серьезно. Главы крупнейших нефтегазовых компаний не знают, что делать. Мы эту полемику реально проигрываем", - говорит Михельсон. Хотя нефтегазовой отрасли есть чем ответить на критику, голос ее сейчас толком не слышен: "Посмотрите, как Shell переориентировался с нефти на газ. И все компании много усилий реально прикладывают, чтобы уменьшать эти выбросы. Идет переориентация на газ, как наиболее экологически чистый ископаемый вид топлива".

Борьба с глобальным потеплением не исчерпывается простым давлением на "старый" ТЭК, она проникает во все сферы экономики и финансов. "За последние два года люди все на Земле почувствовали климатические изменения на себе. Европейцы, которые летом получили температуру 42-43 градуса в Испании; россияне, которые видят, что зимой нет снега. Это стало таким важным элементом повестки, что на встречах с инвесторами половина времени уделяется вопросу о климатической ответственности. Многие инвесторы уже задают фондам вопрос - а насколько ваш портфель ответственный с точки зрения климата? На сколько он (то есть деятельность компаний, входящих в портфель того или иного фонда - ИФ) повышает среднюю температуру в мире? У кого-то четыре градуса за пять лет, а у кого-то два градуса - это лучше... Фонды уже начали соревноваться за привлечение средств инвесторов именно с точки зрения воздействия на экологию", - констатирует глава Российского фонда прямых инвестиций Кирилл Дмитриев. Впрочем, с неизменным оптимизмом добавляет, что для России эта тема не "токсична", а наоборот - выгодна.

"У России в сфере решений климатической проблемы есть очень много сильных аргументов и очень сильная позиция. И надо ее четче аргументировать. Что есть у России? Во-первых, газ - это экологически чистое топливо, и мы лидеры в газе. Новые газопроводы в Китай и Европу - это очень важный вклад России в мировую экологическую повестку. Второй аспект - у России самые большие территории лесов, Россия фактически является донором кислорода, легкими планеты", - говорит глава РФПИ.

"Здесь вопрос не в том, чтобы нам как-то защищаться, а наоборот - надо активно участвовать в этой повестке. Мы можем и должны позиционировать наши проекты с точки зрения экологической безопасности Европы. Тот же "Северный поток 2" - это не просто газ, который дешевле американского на 30%, это газ, который позволяет Европе быстрее сократить выбросы СО2", - отмечает Дмитриев.

Двоевластие

Дональда Трампа никак нельзя назвать лидером борьбы с глобальным потеплением. Но от него это и не требуется - ажиотаж появление американского президента вызывает всегда, независимо от того, насколько его ценности вписываются в современную повестку. Те два дня, что Трамп присутствовал на форуме, он, казалось, заполнял собой все пространство, еще не занятое Гретой Тунберг и другими молодыми активистами. Сами его перемещения по конгресс-центру - это отдельный жанр, где неспешно, с достоинством ступающий Трамп, периодически поднимая большой палец кверху (тем самым коротко дублируя содержание своих давосских речей о текущем состоянии американской экономики), выступает актером, а облепившие маршрут следования президента участники - благодарными зрителями.

Грета Тунберг не может соперничать с Трампом по размеру свиты (хотя сопровождающих у нее было немало) и мерам безопасности (улицы из-за передвижений юной шведки не перекрывали), но медийного внимания ей досталось точно не меньше. Тунберг провела в Давосе все дни форума, сначала участвуя в традиционных форматах (в первый же день на сессии ВЭФ она обрушилась на мировую элиту, обвинив ее в бездействии и нежелании всерьез бороться с изменением климата), а затем, уже в пятницу, - выйдя на улицу во главе молодежной "климатической забастовки".

Вклиниться в неформальный дуумвират лидеров Давоса, пожалуй, мог бы британский премьер Борис Джонсон - благодаря своей харизме и повышенному вниманию к теме выхода Великобритании из ЕС. Но именно из-за "брекзита" Джонсон в Давос так и не собрался. Не было на форуме и руководителей Китая и России.

Мыслями не здесь

Отсутствие в Давосе российских лидеров - и президента, и премьера - давно стало чем-то будничным: их здесь не видели уже семь лет. Но для юбилейного форума Россия, как выяснилось, приберегла совсем уж неожиданный формат участия. Внезапная отставка правительства прямо перед Давосом породила удивительный казус: российскую делегацию возглавлял формально безработный. Максим Орешкин приехал на форум уже не будучи министром экономики, а покинул его - еще не будучи помощником президента. Публичная повестка Орешкина в Давосе была сжата до минимума.

Отсутствие ключевых российских чиновников, безусловно, не помешало в очередной раз собрать в Давосе внушительный состав руководителей и владельцев крупнейших компаний и банков. Но и они не могли полностью сосредоточиться на повестке ВЭФа, напряженно ожидая важных кадровых новостей из России.

Характерный штрих к общей картине присутствия России в Давосе в этом году - деловой завтрак Сбербанка , а точнее, его тематика. Мероприятие, которое когда-то было площадкой для острых дискуссий по проблемам российской экономики (с чуть более откровенными, чем на российских форумах, выступлениями топ-чиновников), на сей раз было лишено российского колорита в принципе. Это вполне мог быть завтрак Google, Facebook или KPMG - впрочем, может быть, именно таким и был замысел организаторов.

Выбор ключевого спикера (им стал психолог Андрей Курпатов, в прошлом - звезда телевизионного ток-шоу, а ныне сотрудник Сбербанка) сразу дал понять, что речь пойдет не о новом правительстве России и стоящих перед ним вызовах. Участники завтрака узнали о том, как именно мозг потребляет контент и что с ним будет, если не выпускать из рук смартфон ("цивилизация Гутенберга" превратится в "цивилизацию Цукерберга"). Исключительно "космополитичной" была тематика и остальных выступлений - знаменитый инвестор Рэй Далио, к примеру, рассказывал не о перспективах вложений в российскую экономику, а о том, какую важную роль играет в его жизни медитация.

В каком-то смысле медитативным получилось и другое ключевое мероприятие российской повестки форума - традиционная панель Russian Outlook. Модератор, главный редактор журнала Foreign Policy Джонатан Теппермен и ветеран американской политики Пола Добрянски, поддерживаемые из зала изгнанником Биллом Браудером, пытались столкнуть Орешкина и Дмитриева из РФПИ в "проблемную" повестку, но безуспешно. Добрянски, настаивая на том, что в российской экономике все не так уж хорошо и она срочно требует модернизации, вооружилась, по ее словам, информацией из твиттера Алексея Кудрина, на что Орешкин предложил ей приехать в Россию и поговорить с людьми, не ограничиваясь информацией узкого круга источников (попутно выдав практически готовый афоризм - "большинство русских живет в России, вы знаете?"), а также беспристрастно проанализировать цифры, свидетельствующие о притоке инвестиций и росте фондового рынка.

"Будущее России однозначно позитивно, Билл", - невозмутимо отвечал Орешкин, когда Браудер уже в который раз напомнил участникам форума о судьбе юриста Hermitage Capital Сергея Магнитского, добавив также информацию об аресте Майкла Калви. А когда модератор попытался развить эту тему, Дмитриев попросил его быть объективным и не забывать о хорошем - например, о том, что Калви теперь не в тюрьме, а под домашним арестом.

Орешкин же, не упуская случая ответить на реплики оппонентов, глубоко заинтересованным в дискуссии, тем не менее, не выглядел. Когда модератор представлял участников сессии, от планшета экс-министр оторвался только на фразе о скором назначении на новую важную должность. "Вы знаете больше, чем я!" - сказал Орешкин (до подписания указа о его назначении помощником президента на тот момент оставалось чуть больше суток).

Негативный нарратив вокруг России будет постепенно уходить, уверен глава РФПИ. "Прошлый год - год прорыва, Россия стала более успешна в диалоге с Украиной, исходя из того, что президент Зеленский хочет найти решение, тогда как президент Порошенко решение найти не хотел. Это позволяет улучшать отношения с европейскими партнерами. Мы видим это и на уровне партнеров РФПИ. Европа точно готова на партнерство с Россией, понимая, что есть центр влияния - США, есть центр влияния - Китай, и Европа с Россией могут стать таким же полноправным и полноценным центром влияния. Мы видим и возможность улучшения отношений со Штатами", - сказал Дмитриев.

Еще не хорошо, но уже не плохо

Пока России еще только предстоит конвертировать макроэкономическую стабильность в стабильный экономический рост, мир в целом чувствует себя неплохо. По крайней мере, глава МВФ открыла сессию о глобальных перспективах сугубо позитивной репликой, что бывает далеко не каждый раз.

По словам Георгиевой, перспективы развития мировой экономики всего за несколько месяцев серьезно улучшились. "Мы в лучшем положении в январе 2020 года, чем мы были в октябре 2019 года, когда проходила годовая встреча МВФ", - сказала Георгиева в ответ на просьбу модератора сессии форума в Давосе коротко сформулировать взгляд на ситуацию в мировой экономике.

Георгиева напомнила, что МВФ прогнозирует рост мировой экономики на 3,3% в 2020 г. и на 3,4% в 2021 г. "Это очевидное улучшение по сравнению с рекордно низкими 2,9% в прошлом году", - сказала она. "Что является драйвером позитивных изменений? Во-первых, снижается напряженность в мировой торговле", - сказала глава МВФ, напомнив о заключении сделки США и Китая. Риски торговых ограничений, по ее словам, существенно сдерживали новые инвестиции.

Кроме того, рост стимулировала монетарная политика центральных банков, которые действовали синхронизировано. По подсчетам МВФ, 49 центральных банков предприняли в сумме 71 снижение ставки, сказала Георгиева. При этом, по ее словам, МВФ не считает прогнозируемую динамику - 3,3% - "фантастической", это все еще "вялый" рост. "Мы хотим видеть больше действий (направленных на стимулирование роста - ИФ) за пределами монетарной политики, более агрессивную фискальную политику, структурные реформы, направленные на усиление конкуренции", - заявила Георгиева.

Кристин Лагард, которая освободила для Георгиевой пост главы МВФ, возглавив Европейский центробанк, в целом разделяет этот позитивный взгляд. Она отметила положительные сигналы в экономике ЕС - в частности, в области снижения безработицы и роста доходов населения. "У нас никогда не было таких хороших показателей занятности, мы определенно вернулись в докризисный период", - сказала Лагард. ЕЦБ ждет, что рост доходов населения повлечет усиление потребительского спроса, и, соответственно, стимулирует инфляцию, "сделав нашу жизнь легче". Однако пока это только надежды, так как на данный момент трансмиссионный механизм еще не заработал, признала глава ЕЦБ.