Belarus
This article was added by the user . TheWorldNews is not responsible for the content of the platform.

Кузнечики, которые почти два года жили в посольстве Швеции, сбежали из страны

Кузнечики, которые почти два года жили в посольстве Швеции, сбежали из страны

Прямо из-под носа у ГУБОПиКа и КГБ.

«Историю своего побега Виталий и Владислав Кузнечики рассказали «Зеркалу».

Виталий и Владислав Кузнечики хотели попросить политическое убежище у Швеции, так как, по их словам, их преследовали силовые органы за участие в акциях протеста. 11 сентября 2020 года в посольстве Швеции в Минске им отказали, из-за того, что дипломатическое ведомство не отвечает за эту процедуру. Тогда мужчины перелезли через забор и остались на территории диппредставительства.

В тот же день рядом с посольством дежурили представители органов внутренних дел и неизвестные в масках. Силовики просили посольство выдать им спрятавшихся на территории диппредставительства белорусов, но этого не произошло. Позже стало известно, что против Кузнечиков возбуждено уголовное дело по статье 364 УК (Насилие либо угроза применения насилия в отношении сотрудника органов внутренних дел).

Простой парень в спортивных штанах и майке с сумкой на плече — это Владислав. Мужчина постарше в спортивном костюме — его отец Виталий. Оба спокойные и сдержаны в эмоциях. Свою историю рассказывают довольно буднично.

О встрече со Светланой Тихановской они узнали в лагере беженцев открытого типа, куда после побега их отправили латвийские власти. Там они живут вот уже неделю.

— Узнали абсолютно случайно. Подумали: раз мы здесь, она здесь, нужно пойти, — говорит Владислав. Признается, что такое большое количество людей они видят впервые за почти два года.

— Пока еще просто не осознали, что на свободе, все очень непривычно, — улыбается парень.

«Хотели попросить дипломатов помочь нам как-то выбраться в Украину. Но началась война»

О том, чтобы покинуть посольство, Кузнечики задумывались давно. Их ситуация перестала двигаться в какую-либо сторону. Шведские власти отказались предоставлять белорусам какой-либо статус.

— Они в принципе не очень хотели, чтобы мы там находились, — объясняет Владислав. — Но наш юрист Вадим Дроздов подал жалобу в Комитет против пыток ООН. Там признали: мы можем находиться легально на территории посольства. Нас не могли выдать властям Беларуси, власти же Швеции не хотели нам давать какой-либо статус. Объяснили тем, что если это сделают, то будет прецедент. И тогда во все посольства Швеции в мире будут прыгать через заборы.

Дальше у Кузнечиков было два варианта: либо продолжать жить в посольстве неизвестно сколько, либо рискнуть. Витебляне выбрали второе.

— После того, как освободили Наталью Херше, мы хотели попросить дипломатов помочь нам как-то выбраться в Украину. Но потом началась война — и все, — говорит Владислав.

Тогда отец и сын стали рассматривать другие страны. Искали самый неочевидный вариант. Поэтому выбрали Латвию, куда белорусы эмигрируют не так массово.

— Куда сейчас все бегут? В Польшу или Литву. А это значит, что там усиленный контроль, — рассказывает Виталий. — На самом деле, с выбором не прогадали. Как нам уже потом рассказали латвийские пограничники, у них на границе стоит один забор. А вот на литовской — двойной, а на польской — тройной.

«Решили рискнуть»

После того, как выбрали страну, Кузнечики стали продумывать план действий. Вслух его не обсуждали: боялись, что в здании стоит прослушка.

— Завели разговор про то, как встретиться с семьей, а параллельно писали, что хотим покинуть посольство. Сотрудники ответили, что ничем нам помочь не могут. Тогда мы попросили их вывезти нас на обследование в соседний город (ранее Владислав Кузнечик перенес рак, поэтому он должен регулярно обследоваться. — Прим. ред.). Некоторое время назад подали запрос. И, если честно, не думали, что нам быстро ответят. Рассчитывали на несколько месяцев.

Но днем первого июня сотрудники посольства пришли к отцу и сыну с положительным ответом от руководства.

— Они сказали, что отвезут нас на обследование, дали на сборы несколько часов. Мы, конечно, такого скорого ответа не ждали. План у нас был продуман, но не в мельчайших подробностях. Но все-таки решили рискнуть, — продолжает Кузнечик-младший.

Главной сложностью, которую нужно было преодолеть при выходе из здания посольства — это каким-то образом не попасть на камеры. Силовики повесили их на соседних с посольством зданиях, чтобы постоянно следить за отцом и сыном. Между тем, посольство Швеции находится не очень далеко от здания ГУБОПиК и КГБ. Кузнечики добавляют: в случае чего приехать к зданию могут довольно быстро.

— Как-то к посольству приходила знакомая, она в Минске живет. И мы вышли с территории. Так вот буквально через 15 минут приехала машина и нас стали снимать, — объясняет сын. — Поэтому мы предполагали, что у нас будет не так много времени, чтобы успеть уехать. Если честно, морально были готовы к тому, что нас схватят.

«С собой был компас и „чистый“ телефон, в который мы закачали навигатор»

Так около трех часов дня 1 июня на посольской машине отца и сына отвезли на обследование в соседний город. Как их не заметили силовики, камеры которых находятся с трех разных сторон от здания, до сих пор остается загадкой.

Кузнечики на обследование, конечно, не пошли. Дальше на разных автобусах и электричках добрались до Витебской области. А уже оттуда — на границу. Детальный маршрут своего побега они не раскрывают для безопасности.

— Да, мы ехали к границе в общественном транспорте. Но переодевались, — рассказывает сын. — Я в маске был. Отец перед этим отрастил бороду.

— Я еще и очки надел, у меня же плохое зрение, — включается отец и показывает фото своего свидетельства, которое временно выдали латвийские власти. Там он и правда с бородой — не узнать.

— Знаете, все так складывалось, как будто Бог нас вел. Транспорт находился: вот, к примеру, садимся мы в один из автобусов по маршруту, а он как раз идет именно к стоянке такси (хоть город и небольшой, такси могло и не быть). Там находится водитель, который готов нас отвезти, — говорит Владислав. — А мы уже думали, заночевать где-нибудь, так как боялись, что до рассвета не сможем пересечь границу. Но решили: раз есть такси, нужно ехать.

Еще один счастливый момент был, когда отец и сын попали в пограничную зону. Там должны проверять паспорта, но пост, на котором это делают, оказался закрыт. Белорусско-латвийскую границу они уже пересекали ночью. Шли прямо через лес.

— Не заблудились, потому что у нас с собой был компас и «чистый» телефон, в который мы закачали навигатор, — объясняет Владислав.

На белорусской границе пришлось поволноваться. Когда прошли пограничную полосу, на это место подъехал автомобиль. Кузнечики его видели издалека.

— Как они не заметили наши следы, не знаю. Может, из-за дождя, может, еще что-то произошло, — продолжает Виталий. — Мы не останавливались, шли через чащу, через бурелом, болото. Хорошо, что не глубокая топь была: проваливаешься только по колено. Такая заболоченная местность.

Забор на латвийской границе белорусы перелезали. Улыбаются: не привыкать.

— На латвийской стороне мы тоже не останавливались и даже пробежали какое-то расстояние. В итоге добрались до крупной деревни и уже там встретились с пограничниками, — вспоминает Виталий. — Мы показали паспорта, объяснили, что белорусы, что просим политическое убежище. И вы знаете, отношение было к нам очень хорошее. Было даже удивительно.

По подсчетам Кузнечиков, на весь побег они потратили меньше суток. За это время прошли в общей сложности 20 километров (по десять с обеих сторон). Говорят, что на такие скорости не рассчитывали: думали, выезд из Беларуси займет примерно три дня.

«Андрей Кузнечик из „Радыё Свабода“ — мой троюродный брат, сам недавно это узнал»

— О своем плане мы никому не говорили. Ни родным, ни юристу. Когда перестали выходить на связь, родные так заволновались, что начали нас разыскивать и уже даже обратились в правозащитный центр «Вясна», — говорит Виталий. — Наш юрист два дня поверить не мог, что мы смогли выбраться. Говорил, что в его практике (а он специализируется по подобным делам) такого не было ни разу. Родные, конечно, очень рады, что мы здесь. Очень уже хотим их увидеть.

К слову, буквально полтора месяца назад Владислав и Виталий узнали, что политзаключенный фрилансер «Радыё Свабода» Андрей Кузнечик их родственник. Тот самый, которому 8 июня суд вынес приговор — шесть лет колонии усиленного режима.

— Он мой троюродный брат, оказывается. Сами недавно об этом узнали, — не перестает удивляться Виталий.

Сейчас Кузнечики живут в лагере для беженцев. Ситуация у них сложная: статуса в Латвии нет, как и работы. Говорят, нужна помощь, поэтому и пришли на встречу с Тихановской и диаспорой, чтобы попытаться узнать, куда и к кому обращаться.

— Со здоровьем у нас пока неплохо. Но нужно проходить обследования. А они здесь дорогие. У нас же ни работы, ни страховки, ничего. Только та помощь, которую беженцам выдают, — объясняет Владислав. — Но ничего, мы с этим справимся. Главное, что на свободе.