Belarus
This article was added by the user . TheWorldNews is not responsible for the content of the platform.

«Радует, что это неприятно Кочановой»

«Радует, что это неприятно Кочановой»

Белорусы и белоруски отреагировали на неадекватную идею лукашистки.

На встрече с членами провластного «союза женщин», которая прошла на днях, председательница «совета республики» Наталья Кочанова забеспокоилась о том, что белорусы и белоруски вступают в брак в среднем в 27 лет, а не раньше, и пообещала исправить ситуацию в сотрудничестве с Белорусской православной церковью.

«Зеркало» попросило высказаться читателей и читательниц, которые узаконили отношения «слишком поздно». Вот что они ответили чиновнице.

Имена некоторых собеседников и собеседниц изменены.

Инна, 45 лет, Минск

Я родом из Турова, где не принято поздно выходить замуж. Со времен студенчества, которые выпали на 1990-е, живу в Минске, где осталась навсегда. Замуж вышла в 29, на следующий год — родила. До брака мы с мужем (он мой ровесник) встречались и жили вместе пять лет.

Так поздно вступили в брак, потому что понимали: появление детей надолго «выбросит» нас из социальной жизни. Поэтому до свадьбы поездили по морям, обошли почти все постановки большинства театров, посетили множество концертов приезжих артистов, обошли все развлекательные заведения Минска и построили хорошую карьеру. А одноклассники и одногруппники, которые женились раньше, не видели ничего: ни по миру не поездили, ни карьеру не построили. Сразу пеленки и распашонки.

Вальдемар, 34 года, Гомель

Я вообще не рассматривал брак как вариант отношений. Все друзья или знакомые к моему 25-летию уже были женаты и с детьми, а я холостяковал. Даже когда встретил будущую жену и понял, что это мой человек, то еще несколько лет не поднимал вопрос женитьбы.

В итоге с супругой расписались (свадьбу мы не устраивали), когда мне было 32 года. Скорее, это она хотела за меня замуж — и я понял, что пора узаконить отношения. А то «вырвал» девочку из дома и ничего не предлагал.

Думаю, что для парней точно нет возраста, в котором им «пора» жениться. По-моему, это у девушек в основном какое-то убеждение, что нужно побыстрее замуж выскочить. Хотя и у меня, и у жены половина знакомых, которые вступили в брак в районе 20 лет, уже развелись.

Екатерина, 40 лет, Могилев

Мне было 28 лет, когда я первый раз выходила замуж, — приятно, что это неприятно Кочановой. Но я бы сказала, что с тем браком все равно поторопилась. До замужества у меня были долгое время отношения с женатым человеком — и я очень хотела нормальную, хорошую семью. На фоне такого опыта «обычные» отношения показались мне осуществленной мечтой.

Наверное, чаще брак является следствием желания завести ребенка. И обычно это желание посещает именно женщин. Мои оба брака и ребенка были абсолютно моим желанием. Но я скорее исключение. На женщин в Беларуси очень много давления со стороны общественности и государства, но по итогу удобно и выгодно заводить детей только белорускам без образования и работы, которые живут на пособия. На желание заводить детей влияет в том числе возможность женщины их содержать и самой строить карьеру. А с этим в нашей стране все хуже и хуже.

Для меня роспись как официальная процедура — это юридический момент, чтобы к близкому человеку пустили в больницу или тюрьму и можно было не свидетельствовать против мужа, если вдруг что. За границей тоже проще оформлять документы. Но если с партнерами все же ты на равных и можешь разойтись, то с детьми страшно, что часто их заводят по иным причинам, чем желание иметь семью: у кого-то «часики тикают», у кого-то «внуков просят», кто-то представляет, как будет получать пособие и так далее. Надеюсь, хоть Кочанова никого не простимулирует! Искусственно демографию поднимать нельзя — в этом я уверена.

Марианна, 34 года, Лодзь

Я вышла замуж в 30 лет, только потому что я была беременна. Несмотря на то, что мы планировали ребенка, желания выходить замуж у меня не было. Мы расписались, так как у нас очень порицается, когда ты приходишь в поликлинику или больницу и говоришь, что беременна и не замужем. В целом, штамп в паспорте все равно не дает никаких гарантий, поэтому я и не видела никакого смысла в самом факте росписи.

Если хочется заставить кого-то выходить замуж, то, думаю, госпоже Кочановой и надо самой показать пример семьи, как она строит отношения с мужем. Или другим членам правительства и власти стоит больше показывать, что семьи могут быть счастливые. А так по поведению госчиновников, кажется, что абсолютно нормально жить без законных супруга или супруги, заводить детей вне брака — и все будет хорошо.

Вообще странно давить, особенно на женщин, когда они абсолютно не защищены: начиная от декрета, заканчивая отсутствием закона о домашнем насилии. Надо как-то понять, что люди сами могут решать, заводить им семью или нет, чем заставлять ставить штамп в паспорте и чтобы потом люди всю жизнь мучились.

Кристина, 36 лет, Минск

Я вышла замуж в 34 года, хотя с мужем и так жили вместе и на момент заключения брака общему ребенку уже было 2 года.

Не расписывались раньше, так как бюджет был раздельный и я копила себе на квартиру. В итоге купила жилье только для себя. А когда прошло время и мы решили купить дачу, уже складывались деньгами. Чтобы по закону она стала нашим общим нажитым имуществом, расписались. Если бы не дача, жили бы дальше без росписи.

Оксана, 30 лет, Гданьск

С моим мужем, который на несколько лет меня старше, мы поженились из-за начала войны, чтобы сбежать в другую страну. Так было легче легализоваться.

До этого мы встречались больше 10 лет. Тему росписи обсуждали, просто обоим было и так хорошо, поэтому не торопились с бракосочетанием, это не было целью. Думаю, если бы не война, мы бы и дальше жили без официальной регистрации отношений.