Belarus

Foreign Affairs: Прижать Путина к стенке

Foreign Affairs: Прижать Путина к стенке

Как уверенная в себе Америка должна вести себя с Россией.

В мире мало стран, которые вызывают среди американских политических руководителей и аналитиков такой мощный фатализм, как Россия. Кому-то эта страна кажется неисправимым изгоем, реагирующим только на суровое наказание и сдерживание. Другие видят в ней заблудшую и усиливающуюся в последнее время великую державу, которая заслуживает того, чтобы с ней примириться и пойти на компромисс. Эти взгляды зависят от текущего момента, рассматриваемого вопроса и политической партии. Но в целом, если рассматривать российско-американские отношения, то здесь преобладает какая-то обреченность, а американцы уже не верят в свою способность изменить ход игры, пишет Виктория Нуланд для Foreign Affairs (перевод — inosmi.ru).

Однако Россию сегодня нельзя назвать монолитной и незыблемой страной. Низкие цены на нефть, пандемия COVID-19 и усиливающееся среди россиян чувство неудовлетворенности — все это чревато новыми рисками и издержками для Кремля. За рубежом Путин хорошо разыгрывает свои слабые карты, потому что Соединенные Штаты и их союзники позволяют ему это делать, позволяют России нарушать соглашения о контроле вооружений, нормы международного права, суверенитет соседей, а также неприкосновенность выборов в США и Европе.

Вашингтон со своими союзниками забыл государственный подход, позволивший им одержать победу в холодной войне и приносивший им пользу в течение многих лет после этого. Такая стратегия требовала последовательного и непрерывного американского лидерства на уровне президента, единства с демократическими союзниками и партнерами, а также коллективной решимости сдерживать и останавливать опасные действия Кремля. Она также включала стимулы для Москвы, чтобы та шла на сотрудничество, а порой и прямые призывы к российскому народу о преимуществах и выгодах добрых отношений. Однако такой подход вышел из употребления, хотя российская угроза либеральному миру усилилась.

Кто бы ни победил этой осенью на президентских выборах, ему надо будет попытаться заново выстроить отношения с Путиным. Однако прежде всего нужно создать единую и сплоченную систему защиты интересов безопасности США и их союзников там, где Москва бросает им вызов. Действуя с позиции силы, Вашингтон с союзниками сможет предложить Москве сотрудничество, когда это будет возможно. Они также должны противостоять попыткам Путина отрезать население России от внешнего мира, и напрямую вести разговор с российским народом о преимуществах сотрудничества и о той цене, которую он заплатил за жесткий отказ Путина от либерализма.

Фаталисты могут оказаться правы в том, что в России мало что изменится. Но американские интересы будут лучше защищены при проведении активной политики, в которой сочетается надежная оборона и щедрость в случае улучшения отношений. Такой подход увеличит издержки от агрессивного поведения Путина, обезопасит демократии и может даже заставить российский народ отказаться от своего неверия в лучшее будущее.

Сползание по наклонной сроком в 20 лет

Когда Путин в 2000 году занял пост президента, он поставил две цели: обосновать свою политику и консолидировать свою власть. Внутри страны он пообещал навести порядок после длительного хаоса и обнищания населения в 1990-е годы. На внешней арене он пообещал восстановить величие страны после унизительной утраты территории, мирового влияния и военного превосходства, которую Россия пережила с распадом Советского Союза десятью годами ранее. Эти цели и обещания нашли отклик в сердцах российских людей. В последующие 20 лет россияне все больше отказывались от своих прав, таких как свобода выражения и собраний, политический плюрализм, справедливость судебной системы и открытая экономика (все это в то время было новым, непрочным, и этими правами люди пользовались неравномерно). Взамен они получили стабильность сильного государства, рост экономики за счет нефти и надежду на материальное благополучие среднего класса.

В США и Европе тоже появились надежды на то, что Путин положит конец злоупотреблениям олигархов, падению рубля, зависимости от иностранной помощи и общему беззаконию 90-х. Надеявшиеся на это думали, что Россия может стать более предсказуемым и надежным международным партнером. Западные страны обычно отворачивались, когда Путин в первые годы пребывания у власти стал укреплять свою власть все более советскими методами, закрывая оппозиционные газеты и телестанции, бросая за решетку, отправляя в изгнание и убивая политических и экономических противников, а также возрождая однопартийное господство в парламенте и в региональных органах власти. Администрация Джорджа Буша, занявшаяся после 11 сентября борьбой с терроризмом, считала, что внутренние дела России Америки не касаются и никаких последствий для российско-американских отношений иметь не будут.

Если говорить о российской внешней политике, то у Путина вначале было три приоритета: восстановить российскую гегемонию в соседних государствах, возродить армию и усилить влияние страны за столом переговоров, где принимаются глобальные решения. Соединенные Штаты и их союзники в основном поддерживали Россию в реализации третьей цели, благодаря чему она вступила во Всемирную торговую организацию, стала членом Группы 8 и Совета Россия-НАТО. А еще они сделали так, чтобы все важные решения, например, о начале американской войны в Афганистане в 2001 году и об интервенции в Ливии в 2011 году обсуждались в Совете Безопасности ООН и в Группе 8 с тем, чтобы в дебатах могла участвовать Россия. Существовало мнение, что Россия, как и Китай, может стать более ответственной заинтересованной стороной в общемировых делах, если включить ее в состав основанных на правилах международных институтов.

Продолжались российско-американские переговоры о сокращении ядерных вооружений, однако Вашингтон уделял слишком мало внимания существенным российским капиталовложениям в вооруженные силы вне ядерной сферы. Администрация Буша в 2000 году допустила один из первых просчетов, лишь мельком проконсультировавшись с Москвой перед выходом из Договора по ПРО. Она сделала это для того, чтобы построить более мощные системы противоракетной обороны для защиты от Ирана и Северной Кореи. Позже команда Буша попыталась исправить ошибку, предложив открытость и сотрудничество в развитии ПРО с целью противодействия нарастающим угрозам со стороны Тегерана и Пхеньяна, однако Путин это предложение отверг. К тому времени он уже включил американский выход из Договора по ПРО в список своих обид на Вашингтон. Потом он почувствовал, что в связи с этим имеет полное право нарушать два других соглашения, которые легли в основу архитектуры контроля вооружений в 1980-е годы: Договор об обычных вооруженных силах в Европе и Договор о ликвидации ракет средней и меньшей дальности. Теперь он мог обвинять Вашингтон в том, что тот первым предал доверие Москвы. Путин также извлек полезные уроки из войны американской армии в Афганистане и Ираке, и из далеко не блестящих действий собственных войск во время войны с Грузией в 2008 году. Он начал тратить деньги на нетрадиционные методы и средства ведения войны, на кибервойны, на неядерное оружие большой дальности и на гиперзвуковые ракеты. Вашингтон со своими союзниками осознал последствия этих инвестиций лишь в 2014 году, когда Россия захватила Крым.

Демократические и республиканские президенты очень тесно сотрудничали с союзниками США, чтобы не дать Путину расширить сферу российского влияния в Восточной Европе и воспрепятствовать мероприятиям российских соседей по обеспечению своей безопасности. Здесь очень быстро возникла пропасть между либеральными демократиями и по-прежнему очень советским человеком, который руководил Россией. В первую очередь это касалось проблемы расширения НАТО. Как ни старались Вашингтон и его союзники убедить Москву, что НАТО является чисто оборонительным альянсом, не представляющим угрозы для России, Путин, следуя своим интересам, продолжал смотреть на Европу антагонистически. Если Россия не может вернуть земли, над которыми она когда-то господствовала, ее безопасность обеспечит только зона неприсоединения, простирающаяся от восточной Германии до Балтийского и Черного морей, утверждал Путин. Но в Вашингтоне мало кто считал возможным закрывать двери перед новыми демократиями Восточной и Центральной Европы, которые на протяжении многих лет старались выполнять все строгие требования по вступлению в НАТО и теперь настаивали на членстве в альянсе. Оставить их в геополитической серой зоне — это означало лишить данные страны безопасности и свободы. Жестокое обращение России с теми странами, которые остались в забвении (Грузия, Молдова, Украина), показало, что это именно так.

Путин всегда понимал, что пояс все более демократических и процветающих государств вокруг России бросит прямой вызов модели его лидерства и может вновь заразить российский народ бациллой демократических устремлений. Поэтому он не собирался жить и давать жить другим бывшим советским землям и государствам-сателлитам. Он использовал буквально каждую демократическую борьбу последних 20 лет, включая успешные действия Косова по обретению независимости в 2008 году, протесты, приведшие к гражданской войне в Сирии в 2011 году, протесты на Болотной площади в Москве в 2011-2012 годах, украинский Майдан в 2014 году, чтобы сформировать у россиян представление о том, будто российские интересы под угрозой, а сама Россия оказалась в окружении внешних врагов. Долгое время такая тактика давала результат. Российские действия в Украине и в Сирии были дико популярны в стране и отвлекали внимание от внутренних проблем. Добившись таких успехов, Путин захотел большего, а его геополитические устремления выросли. Он поверил, что демократические государства слабы, и что Россия в состоянии подорвать их политические системы и сплоченность общества изнутри.

Соединенные Штаты и их союзники во многом попустительствовали путинской наглости и самоуверенности. За прошедшие 12 лет Путин и его приспешники заплатили довольно малую цену за свои действия. Россия нарушает соглашения о контроле вооружений, принимает на вооружение новую, дестабилизирующую ситуацию военную технику, угрожает суверенитету Грузии. Она захватила Крым и значительную часть Донбасса. Она поддерживает деспотов в Ливии, Сирии и Венесуэле. Она применяет кибероружие против зарубежных банков, энергосистем и органов власти. Она вмешивается в демократические выборы в других странах. Она убивает своих врагов на земле Европы. Между тем, Соединенные Штаты сначала проводят красные линии, а потом их стирают. Они выходят из договоров и оставляют территории, которые нужны им для оказания давления на Россию. Они открыто ставят под сомнение свои обязательства перед НАТО, разрушают альянсы пошлинами, обвинениями и претензиями, и даже не без помощи президента внушают доверие к путинским кампаниям дезинформации. Санкции США и их союзников поначалу были болезненными, но потом ослабли и стали беззубыми от чрезмерного употребления. Они больше не производят никакого впечатления на Кремль. Российские дипломаты участвуют в международных переговорах по Сирии, Украине, контролю вооружений и другим вопросам, имея указания тянуть время и тормозить любые реальные соглашения, чтобы дать Москве запас времени для укрепления своих позиций. Россия также мастерски научилась использовать разногласия внутри США и между Америкой и ее союзниками, препятствуя выработке их совместной и последовательной стратегии противодействия.

Слабеющая Россия

Соединенные Штаты с союзниками ослабили внимание к одному вопросу, который должен серьезно тревожить российского президента: к настроениям внутри России. Хотя Путин совершает сильные ходы за рубежом, он уже 20 лет не занимается модернизацией России, и это сказывается на стране. В 2019 году рост ВВП там был очень слабым, составляя 1,3%. В этом году из-за пандемии COVID-19 и свободного падения нефтяных цен может произойти значительный экономический спад. Международные санкции мешают другим странам (за исключением Китая) вкладывать в Россию серьезные иностранные инвестиции. Путин настоял на жестком государственном контроле и на национализации ключевых отраслей экономики, однако это сдерживает инновации и диверсификацию. Российские автомагистрали, железные дороги, школы и больницы ветшают. Граждане страны проявляют нетерпение, так как обещанные ассигнования на инфраструктуру не выделяются, а их налоги и пенсионный возраст растут. Коррупция свирепствует по-прежнему, а покупательная способность россиян продолжает уменьшаться. Левада-Центр в прошлом году провел ряд социологических опросов, которые показали, что 59% респондентов выступают за «решительные и всесторонние перемены», в то время как в 2017 году таких сторонников изменений было 42%. Умопомрачительное количество молодежи (53%) в возрасте от 18 до 24 лет заявляет о своем желании эмигрировать. Это самый высокий показатель с 2009 года.

Между тем, Путин никуда не собирается. У него уже четвертый президентский срок, и по закону он не сможет баллотироваться на следующих выборах, которые должны состояться в 2024 году. Но российский парламент и Конституционный суд уже послушно утвердили поправки в конституцию, позволяющие ему претендовать еще на два шестилетних срока. Поэтому Путин может остаться у власти до 2036 года. Чтобы придать этому процессу видимость легитимности, Путин объявил о проведении общенационального референдума по поправкам. Но пандемия коронавируса поставила эти планы на паузу. В марте Левада-Центр провел еще один опрос, который показал, что лишь 48% россиян выступают за продление президентского правления Путина, а 47% против. 50% опрошенных заявили, что они за сменяемость власти и хотят видеть новые лица в политике. С учетом этих цифр Путин может вообще отказаться от проведения референдума.

В целом в России сегодня преобладает атмосфера обреченности и скепсиса. Страна сегодня живо напоминает о былых временах, когда кремлевские лидеры слишком много занимались зарубежными авантюрами и слишком мало благосостоянием собственного народа. Так было во время застоя в 1980-х годах. Разница в том, что у Путина пока еще есть деньги, чтобы разбрасываться ими. В России в 1990-е годы было два финансовых кризиса. Воспоминания о них и необходимость пополнять кошельки своих подручных вынудили Путина создать большой денежный фонд на черный день. В российском Фонде национального благосостояния в настоящее время 150 миллиардов долларов, а объем золотовалютных запасов превышает 550 миллиардов долларов. Неясно, сколько средств Путин готов потратить на поддержание российской системы здравоохранения и на восстановление экономики после коронавируса. Если пандемия нанесет по стране болезненный удар, и в этих условиях олигархи получат помощь, а простых Иванов вновь накормят пустыми обещаниями и разместят в переполненных больницах, то на сей раз терпение у россиян может лопнуть.

Единый фронт

Задача для США на 2021 год будет состоять в том, чтобы возглавить демократии во всем мире и совместно разработать более эффективный подход к России. В его основу нужно положить преимущества демократий, а при его реализации следует давить на те болевые точки Путина, где он наиболее уязвим. Среди прочего, это его собственные граждане. Называть это «соперничеством великих держав» или «новой холодной войной» — значит придавать Путину слишком большое значение. Сегодняшняя Россия — это лишь бледная тень Советского Союза. Если говорить о путинской России как о равном по силам или непобедимом противнике, это будет обесценивать возможности США по сдерживанию и противодействию опасной кремлевской политике. Но Соединенные Штаты не должны противостоять Москве в одиночку. Как и в прошлом, им следует мобилизовать свои международные альянсы, укрепить их внутренний оборонительный потенциал и совместными усилиями отражать российские посягательства в горячих точках по всему миру.

Эти действия надо начать с самих демократий. Как написал в 1946 году в своей «длинной телеграмме» американский дипломат Джордж Кеннан, когда имеешь дело с Москвой, «очень многое зависит от «самочувствия и энергичности нашего собственного общества». Прежде всего, надо восстановить единство и уверенность американских альянсов в Европе и Азии, а также положить конец братоубийственной риторике, карательной торговой политике и обособленности последних лет. Соединенные Штаты могут подать всему миру пример демократического обновления, вкладывая средства в общественное здравоохранение, инновации, инфраструктуру, зеленые технологии, в переучивание людей на новые специальности, и одновременно ликвидируя барьеры на пути торговли. Лидеры свободных народов во всем мире должны также укрепить веру в саму демократию.

В советскую эпоху США преодолевали кремлевскую цензуру, распространяя свои послания через радиостанции «Голос Америки» и «Радио Свободная Европа», через журнал «Америка» и через регулярные контакты с диссидентами. Несмотря на все усилия Путина, сегодняшняя Россия более доступна, чем Советский Союз. Молодые россияне гораздо чаще получают информацию и знакомятся с новостями через интернет, чем через государственное телевидение и печатные СМИ. Вашингтон должен стараться контактировать с ним там, где они находятся: это социальные сети «Одноклассники» и «ВКонтакте», Фейсбук, Телеграм и Ютьюб, а также многочисленные новые цифровые платформы на русском языке. Не следует возлагать надежды на то, что эти группы уже в ближайшее время восстанут и потребуют перемен; но Соединенные Штаты не должны допускать, чтобы только Путин формировал представления молодых россиян о демократической политике и ценностях. Вашингтон со своими союзниками должен постоянно доказывать, что отношения не должны быть антагонистическими.

Выбор за ними

В целом более последовательный подход к России потребует больше единства, ресурсов, уверенности и сосредоточенности. Во время общения с Путиным в прошлом Америка забывала либо один, либо все эти элементы. Вашингтон уделял этому слишком мало внимания, тратил на это слишком мало средств и позволял отделять себя от союзников, когда его соблазняли обещаниями прогресса в одной области в обмен на компромиссы в другой (Иран в обмен на Сирию, Сирия в обмен на Украину и так далее).

Кое-кто, в том числе и я сама, проявляли чрезмерный оптимизм, полагая, что чем больше Россия будет сближаться со свободным миром, тем лучше и демократичнее она станет как партнер. Другие же демонстрировали чрезмерный пессимизм, ссылаясь на уникальный набор российских интересов, на ее географию и историю, чтобы оправдать ее агрессивность и нарушения международных норм. Кто-то противоречил истории, утверждая, что если НАТО откажется от расширения и согласится на российскую гегемонию над Украиной, а также предложит ей более обширную сферу влияния, все аппетиты Путина будут удовлетворены. Но все эти взгляды ни в коей мере не улучшали представления американских политиков и их умение видеть перспективу.

Приближающиеся президентские выборы дают США хороший шанс перейти от обороны к наступлению, восстановить силы и уверенность демократического мира и закрыть бреши в своей безопасности после многолетней пассивности и раскола. Когда Соединенные Штаты проявят такую решимость, они смогут воспользоваться моментом обновления у себя дома и застоем в России, чтобы снова протянуть ей руку. Путин может не захотеть ее пожать. Не исключено также, что он не сможет этого сделать. Но российский народ должен знать, что Вашингтон со своими союзниками предлагает ему и России выбор.

Football news:

Aston Villa coach on Manchester United penalty: A shameful decision
Paul Pogba: Winning the Europa League and the FA Cup are two of Manchester United's goals for this season
Manchester United's first ever Premier League win 4 consecutive games with a difference at least 3 goals
Brunu has scored 7 (4+3) points in his last 3 games for Manchester United
UEFA postponed the introduction of var in the group stage of the Europa League until the 2021/22 season
Mourinho on the match with Bournemouth: Everyone knows that there was a penalty in favor of Tottenham. Everything
Pogba scored for Manchester United for the first time in the season